В прокат вышел фильм «День рождения Сидни Люмета» режиссера-дебютанта Рауля Гейдарова. Специально для «Сноба» журналист Катя Загвоздкина поговорила с исполнителем главной роли Артемом Кошманом — об авторском кино, любви, режиссерской «настройке» и приключениях на съемках.
В одном интервью ты сказал, что у тебя есть собака, и ты начинаешь день с того, что её гладишь. Что за собака?
Такса, зовут Жаки.
Кудрявая?
Гладкошерстная.
У меня была гипотеза, что будет кудрявая.
Потому что собака похожа на хозяина? (Смеётся.)
За последнее время у тебя вышло несколько крупных проектов: сериал «Нам покер», «Алиса в стране чудес», продолжение «Детей перемен». «День рождения Сидни Люмета» — проект поменьше, авторское кино. Почему ты согласился сняться в этом фильме?
Я всегда иду за историей. И когда мне прислали сценарий, я с первых страниц понял, что хотел бы быть частью этого фильма. Потом я познакомился с Раулем. Мы встретились, тепло поговорили обо всём и ни о чём, о важном и о неважном, и я почувствовал, что это моя история, я хотел бы её по-актёрски пережить.
Сначала я не знал, что сценарий отчасти автобиографичный, читал его и думал: «Вау, как это круто написано! Наконец-то появился текст, о котором я всегда мечтал!» И уже потом Рауль рассказал, что в основе сценария — его личная история.
То, что сценарий автобиографичный, накладывало дополнительную ответственность?
Конечно! Представь, передо мной сидит человек, который написал этот сценарий (вместе с Лидией Ярцевой. — Прим. ред.), это его первое кино. Я на него смотрю и понимаю, что не имею права оплошать! Планка требований очень высокая. Это большая ответственность с точки зрения актёрского мастерства: чтобы сыграть эту роль, мне нужно узнать человека.
В плане ощущений — это была большая работа. Я люблю это объяснять так: приходит режиссёр и настраивает артиста, как рояль, потому что сегодня нужно, чтобы он звучал так.
Мы с Раулем много разговаривали, репетировали. На съёмках у нас было безусловное доверие и абсолютное понимание — даже не с полуслова, а с одного взгляда. Рауль шёл ко мне на площадку с плейбэка, и я уже знал, что он хочет мне сказать, просто по тому, как он идёт. И бывало так, что он выходил, я ему кивал, он мне кивал — и он разворачивался и шёл назад, потому что знал, что я всё понял. Это была настоящая работа актёра и режиссёра, за что я очень благодарен. И я всем говорю, что для меня этот фильм — тоже дебют.
Почему?
«День рождения Сидни Люмета» — мой дебют в киноискусстве. Всё, что было раньше, весь проделанный путь вёл меня к нему. Как говорит Рауль, бывает такое, что звёзды складываются и случается чудо. У нас оно случилось.
У нас вся команда дебютантов: и Рауль, и оператор Саша Негуч, и продюсеры, которые находились с нами на площадке. Когда мы закончили работу над фильмом, мы отправились с ним в турне по фестивалям, для меня это тоже было впервые.
Я посмотрела фильм и в главной роли не могу представить никого другого. Тебя сразу утвердили на роль Дато?
Нет, процесс утверждения был непростым. Рауль месяца четыре пытался объяснить, почему выбрал меня, обосновать своё решение. И в конечном счёте смог добиться своего.
В фильмах у героев часто есть любовный интерес — человек, который для него особенно значим, который сильно на него влияет. В этом фильме похожие отношения у твоего героя с мамой (Мариетта Цигаль-Полищук), он на неё смотрит искренне влюблёнными глазами. Вы с Мариеттой нашли этот коннект?
Да, сразу. Это как любовь с первого взгляда — либо случается, либо нет. У нас случилась. Я помню, как мы познакомились с Мариеттой. Она пришла на пробы, и мы сразу начали с самой тяжёлой сцены, в которой между Дато и матерью происходит разрыв. Было морально очень сложно играть её. После того как пробы закончились, Мариетта говорит: «Дайте мне пять минут подышать».
Я помню, как мы встретились впервые с Джульеттой (Степанян, играет бабушку главного героя. — Прим. ред.). Я был на съёмках в Твери, и тут Рауль говорит: «Поехали, познакомимся». Мы пришли к ней — у неё накрыт стол, стоят всякие яства. Мы вышли с ней на балкон, стали разговаривать и только через час перешли к рабочим вопросам. После этого разговора мы с Раулем поняли, что она, кажется, согласилась сниматься. Я отношусь к Джульетте с любовью, она правда мне как бабушка.
Вы даже внешне похожи.
Это гримёры и костюмеры старались, ещё больше сближали нас друг с другом, чтобы была целостная картинка.
Кстати, про картинку — фильм очень колоритный и яркий, много интересных локаций. А где вы снимали?
Говорят, что камера не может передать то, что видит человеческий глаз. Но мне кажется, у оператора Саши Негуч получилось. На съёмках было очень красиво и атмосферно, и это нам тоже очень сильно помогало. Мы снимали в Кисловодске, Железноводске, Пятигорске, Карачаево-Черкесии, Осетии, потом спустились вниз и поехали к Сочи — через Геленджик и Кабардинку. Доехали до Сочи, а оттуда был перелёт в Питер, где мы закончили съёмки.
Помнишь забавные случаи со съёмок?
Ко мне однажды пришли лошади. Я ночью сидел, разговаривал на лавочке у гостиницы, а перед ней был газон, много места, и заходят лошади — целое нашествие, я насчитал 33. И они повсюду — передо мной, за мной стоят. А там везде лошади гуляют, они существуют в таком свободном режиме. И я думаю: «Не надо, наверное, закрывать забор, они зайдут, поедят и сами уйдут». Но лошади не только поели, но и отметились, что они здесь были. И на следующее утро мне говорят: «Тёма, ты в следующий раз ворота закрывай!» После этого я лошадей больше уже не пускал.
«День рождения Сидни Люмета» спродюсировал Алексей Учитель. Каким было его участие, он прижал на съёмки?
Он не присутствовал на съёмках, все творческие решения они обсуждали с Раулем.
29 января, в один день с «Сидни Люметом», вышел второй сезон «Детей перемен», в котором твой герой Лёва строит карьеру политика. Лёва сильно изменился по сравнению с первым сезоном?
Внутри Лёвы происходит важная перемена — он влюбляется. Когда мы влюбляемся, нам сносит голову, и всё остальное отходит на второй план — даже если мы строим карьеру и всё у нас получается. В этом есть такая ирония — с одной стороны, ты чувствуешь себя окрылённым, а с другой — для Лёвы это помеха.
Продолжение «Детей перемен» — это уже третий твой совместный проект с Сергеем Тарамаевым и Любовью Львовой? Как тебе с ними работать, они требовательные?
Мне всегда приятно работать с Любой и Серёжей. Они тонкие мастера, каждый день, который ты проводишь с ними на площадке, ты растёшь и как человек, и как артист. Они очень молодые. Я смотрю на них и вижу свежесть, рок-н-ролл, огонь и запал.
Я боялся, что в этот раз надоем им своими вопросами. Я начал звонить Серёже за полгода до первого съёмочного дня. И он мне в этот самый первый звонок сказал: «Бро, ты всё правильно понял. Ты знаешь, что надо сделать, просто оставь!» Но на протяжении этих шести месяцев я периодически ему звонил, и мы разбирали роль. Я всё равно продолжил задавать вопросы (смеётся), чтобы чувствовать себя легко в кадре, творить и импровизировать, нужна подготовка… Хотя не знаю, тут нет никакой общей формулы, как хорошо сыграть.
Ты снимался в последнее время и в реалистических проектах, и в сказках с фантастикой. Какие тебе больше нравятся?
У меня нет такого, что я пойду сниматься в драму, а в мелодраму или фантастику не пойду. Может быть, как зритель я не очень люблю хорроры, но сняться в хорроре — это же совершенно другое дело. Надо пробовать новое и не ограничивать себя. Я иду за историей, за ролью, если она мне откликается, — за своим сердцем. Я так к этому отношусь: цепляет — делаю.
Давайте прорекламируем «День рождения Сидни Люмета». Почему зрителям нужно посмотреть этот фильм?
Это семейное кино — вы можете пригласить на него любимую девчонку, парня, сходить с родителями, с бабушкой и дедушкой, и вам не будет стыдно. Как и жизнь, наш фильм очень многое в себя вмещает, и он откликнется разным людям, я в этом уверен.